«Все вдруг стали потерпевшими»

Гражданские активисты Краснодара часто жалуются на нарушение их прав правоохранителями. Фото: Андрей Кошик

Гражданские активисты Краснодара часто жалуются на нарушение их прав правоохранителями. Фото: Андрей Кошик

Почему Краснодарский край является лидером по количеству обращений к правозащитникам, и какие жалобы в СПЧ наиболее популярны среди краснодарцев

Сегодня, 15 декабря, в Краснодаре началось выездное заседание Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. В регионе оно проходит впервые и продлится три дня. 25 человек во главе с председателем, советником президента Михаилом Федотовым, уже прибыли в город. Московские правозащитники посетят хоспис, детский интернат, следственный изолятор, встретятся с губернатором Александром Ткачевым и кубанскими журналистами. При этом некоторые гражданские активисты опасаются, что краевые власти их попросту не допустят к коллегам — мероприятия СПЧ открыты для всех, но проходить они будут в административных зданиях с пропускным режимом. Член президентского Совета Илья Шаблинский сообщил «Русской планете», что в списки приглашенных включили всех попросивших об этом кубанских активистов.

СПЧ считает Краснодарский край лидером по количеству обращений в свою организацию. В ведомстве даже существует отдельная группа, которая занимается только конфликтами Кубани — в других регионах нашей страны таких отделений нет.

«Подождать, пока обстановка нормализуется»

– Из Краснодарского края в СПЧ поступает больше всего жалоб. Обращения самые разные: проблемы у гражданских активистов, деятельность некоммерческих организаций, «экологические» вопросы, — говорит член президентского Совета по правам человека, председатель постоянной комиссии по развитию НКО Елена Тополева-Солдунова. — При этом нельзя сказать, что в регионе НКО не поддерживают. Это делают, но очень избирательно. Например, социально ориентированные и благотворительные организации пользуются поддержкой властей, в то же время высказывающие жесткую позицию правозащитники могут попадать в сложные ситуации и иногда подвергаться преследованиям.

Тополева-Солдунова уточнила, что самый яркий пример сложной ситуации — самоликвидация работавшего в Краснодаре Южного регионального ресурсного центра. Организация считалась одной из лучших ресурсных структур в стране и помогала гражданским активистам всего Юга России, но была вынуждена прекратить работу «из-за ужесточения контроля и давления со стороны властей». Другой пример — эколог из Новороссийска Татьяна Трибрат, которая уехала из Краснодарского края, опасаясь преследований. Также в федеральные новостные ленты попала информация о суде над экологом Евгением Витишко, сейчас отбывающим трехлетний срок за надпись на заборе «дачи Ткачева», и профессором Михаилом Саввой, получившим условный приговор по делу о расходовании гранта.

– Дошло до того, что еще в прошлом году СПЧ был вынужден создать специальную рабочую группу по Краснодарскому краю — такой нет ни в одном другом регионе страны, — продолжает Тополева-Солдунова. — Выездное заседание на Кубани планировали давно, но не хотели проводить его до Олимпиады, понимали, что там и так не просто, лучше подождать, пока обстановка нормализуется.

По словам Елены, члены СПЧ получают «пачки писем» от гражданских активистов Краснодарского края, которые опасаются, что их не пустят на мероприятия с московскими правозащитниками. Вероятно, никто им и не препятствует, но подобные обращения характеризуют взаимоотношение части гражданского общества с властью в регионе.

На просьбу перечислить субъекты страны, где ситуация с правами человека обстоит лучше, эксперт назвала Пермь, а также сказала, что «из целого ряда других регионов жалобы приходят не так систематически».

По мнению Ильи Шаблинского, в Краснодарском крае многим общественным объединениям приходится тяжело:

– Показательно уже то, что губернатор встречался с членами регионального Совета по правам человека только однажды, семь лет назад. Насколько я понял, общественно-политическая жизнь в регионе затруднена.

«СПЧ нужно изучить ситуацию»

Слишком предвзятой считает оценку президентского совета уполномоченный по правам человека в Краснодарском крае Сергей Мышак:

– Члены СПЧ эпизодически приезжают в регион, но глубоких исследований, комплексного изучения вопроса никто не проводил. Поэтому заявления о том, что в крае поголовно нарушаются права человека я бы, наверное, назвал пиаром. Кубань — часть Российской Федерации, не отдельное государство. Помимо муниципальных и краевых структур, здесь есть целая когорта федеральных надзорных ведомств, которые обязаны реагировать на нарушения закона.

Вместе с тем Мышак подтвердил, что права человека в Краснодарском крае нарушаются, но эти действия не носят системный характер:

– По каждому конкретному случаю нужно разбираться. Но если будем отдельные эпизоды показывать как систему, то окажемся на неправильном пути. СПЧ нужно изучить ситуацию, после — дать рекомендации. Если огульно заявлять, что здесь «выжженное поле», сплошь и рядом нарушаются права человека, то нужно снимать с должности генпрокурора, главу МВД, председателя Верховного суда и руководителей других федеральных ведомств, которые должны обеспечивать соблюдение закона в регионах.

Сергей Мышак уточнил, что примерно треть поступающих в аппарат уполномоченного по правам человека в Краснодарском крае жалоб связана с судебной и правоохранительной системами. Люди не удовлетворены решениями судов, их не устраивают нарушения условий содержания в СИЗО и ИВС, колониях, они часто жалуются на неправомерные действия полицейских. Еще примерно треть обращений касаются социальных гарантий и ЖКХ — обеспечение лекарствами и жильем, льготы, пенсии. Жалобы по нарушению политических прав составляют лишь несколько процентов, «этот вопрос никогда остро не стоял». Вместе с тем, региональный омбудсмен обеспокоен участившимися обращениями по поводу деятельности микрофинансовых организаций, навязыванию к полисам ОСАГО дополнительных платных услуг, активизацией «финансовых пирамид».

На что жалуемся?

Как сообщили «Русской планете» в аппарате кубанского омбудсмена, в 2013 году на имя Сергея Мышака поступили 1197 обращений от 3292 человек, некоторые были коллективными. Чаще всего обращались жители Краснодара, Армавира, Усть-Лабинского района, Новороссийска и Сочи. География объясняется просто: это самые крупные города региона, а в Усть-Лабинском районе расположены шесть исправительных учреждений, постояльцы которых жалуются на судебные решения и условия содержания.

Чаще всего права кубанцев в 2013 году нарушались, судя по обращениям, в судебной системе (32,8% всех жалоб), социальными службами (31,6%) и правоохранителями (25,8%). В группе гражданских прав лидируют жалобы на несправедливые судебные решения и неисполнение решений судов (205 обращений), право на рассмотрение административных и уголовных дел (135 обращений). Право на получение жилья сиротами, участниками Великой Отечественной войны, обманутыми дольщиками, инвалидами — лидер в группе социальных прав граждан (68 обращений). На втором месте нарушение прав на медицинскую помощь (22 обращения). В прошлом году уполномоченный по правам человека в Краснодарском крае получил только одну жалобу о нарушении политических прав, связанную с ограничением в проведении публичного мероприятия.

Сейчас ведомство составляет статистику обращений этого года: уже известно, что по состоянию на 1 декабря поступило 2489 обращений. Распределение жалоб на нарушения прав по группам сопоставимо с показателями предыдущего года. Почти половина обращений — 40% — это жалобы на федеральные органы власти. На органы местного самоуправления (жилищные и земельные вопросы, детские сады, здравоохранение) приходится 35% обращений, на краевые власти, к которым в основном обращаются по социальным проблемам, — 10%.

Слабое звено

Бывший директор грантовых программ Южного регионального ресурсного центра, профессор Михаил Савва — самый известный правозащитник Кубани. В 2013 году ФСБ арестовали его по обвинению в мошенничестве с федеральным грантом. По версии следствия, с которой согласился суд, Савва провел социологическое исследование за счет неуказанных «иных средств», а выделенные из регионального бюджета 366 тыс. рублей присвоил. В апреле этого года Первомайский районный суд Краснодара осудил 49-летнего политолога на три года лишения свободы условно. О преследовании Саввы и нестыковках в его уголовном деле трижды докладывали лично президенту Владимиру Путину, в том числе и на встрече с членами СПЧ.

– Краснодарский край — регион, где апробируются новые методики нарушения прав граждан. Здесь силовикам позволено выходить далеко за рамки закона с тем, чтобы потом использовать эти технологии в других регионах, — рассказывает осужденный профессор.

По мнению Саввы, главные претензии граждан обращены не к губернатору и краевой администрации, а к правоохранительным и надзорным органам. Подтверждение этому — уголовное дело краснодарской правозащитницы Анастасии Денисовой, которую в 2009 году обвинили в использовании якобы контрафактных программ на персональном ноутбуке. Суд тогда не состоялся, но сегодня такие дела возбуждают в разных регионах страны. Михаил Савва уточнил, что среди попадающих под «каток» гражданских активистов и оппозиционеров немного тех, кто борется за власть. Большинство — те, кто не согласен с действиями нынешней власти.

По словам Саввы, наиболее системно на Кубани нарушают право на справедливое судебное разбирательство и право на личную безопасность при общении с сотрудниками правоохранительных органов.

– Изменить что-то звонком Колокольцева или Бастрыкина можно только в конкретных случаях. Чтобы пресечь системные нарушения, нужно разбудить прокуратуру — она здесь самое слабое звено, поскольку должна надзирать за исполнением закона.

«Настоящий бастион»

С профессором Саввой согласен работающий в Краснодарском крае адвокат ассоциации «Агора» Александр Попков. В этом году он защищал нескольких экологов, в том числе Евгения Витишко, а также пожаловавшегося на пытки полиции олимпийского строителя Мардироса Демерчяна, руководителя сети «Миграция и право» в Сочи Семена Симонова.

– Краснодарский край резко выделяется нарушениями прав человека по сравнению с другими регионами России за исключением, наверное, Чечни и Дагестана, — говорит адвокат. — Кубанские правозащитники пытаются найти точки соприкосновения с властью, пойти на диалог, но власть не хочет общаться с теми, кто ее критикует. Она привыкла распоряжаться в одностороннем порядке.

В подтверждение этому Александр Попков рассказывает историю сети «Миграция и право» в Сочи: ее координатор Семен Симонов активно обращался в прокуратуру, защищая права гастарбайтеров, которых недобросовестные олимпийские подрядчики оставили без зарплаты. При очередном обращении сотрудник надзорного ведомства пригрозил Симонову тем, что может прийти к нему в офис с проверкой. Вскоре в «Миграцию и право» действительно пришла делегация из представителей полиции, прокуратуры, ФСБ и Минюста.

– Жители не могут добиться через суды того, что спокойно проходит в Нижнем Новгороде или Петербурге. Много вопросов и к прокуратуре, особенно в районах, — продолжает Попков. — Вместе с тем отмечу активность нескольких членов региональной Общественной наблюдательной комиссии — настоящий бастион, который реально работает, защищая права подследственных и осужденных. Но и здесь слишком активных стараются приструнить. Например, руководство краснодарского СИЗО № 1 обратилось в суд с иском к члену наблюдательной комиссии Елене Малиной, которая, по их оценке, опорочила честь и достоинство изолятора. Еще до суда иск был отозван.

Большинство скандалов «правозащитной» тематики превращаются в обычные медийные истории, мало что представляющие из себя в реальности, считает кубанский политтехнолог, в прошлом комиссар движения «Наши» Александр Топалов.

– По факту именно излишнее медийное внимание к Краснодарскому краю — главная причина большого количества жалоб, о которых говорят члены СПЧ, — объясняет он.

Среди других причин Топалов назвал Олимпиаду, во время подготовки и проведения которой в регионе ввели ряд ограничений и активизировали работу правоохранителей.

– Не то, чтобы произвола много было. Просто все вдруг стали потерпевшими, пострадавшими и нуждающимися в правозащите, — говорит Топалов.

Он же подчеркнул, что СПЧ получает однобокую информацию от оппозиционно настроенных экологов и либеральных гражданских активистов, не рассматривая комплексно положение прав человека и развитие гражданского общества в Краснодарском крае.

Член региональной Общественной наблюдательной комиссии Вячеслав Потапов считает, что юг России всегда был сложным в коррупционном плане регионом.

– Здесь давно складывается клановая система управления. Но нельзя сказать, что на Кубани апофеоз нарушения прав человека. При этом в регионе все же немало проблем с нарушением прав человека правоохранительными органами, есть факты и бездействия прокуратуры, хотя краевой прокурор серьезно старается пресекать эти правонарушения.

Вместе с тем, по мнению Потапова, большое количество жалоб свидетельствует о коммуникации кубанцев с Москвой, присутствии в регионе правозащитных структур:

– Для примера — внутри Краснодарского края находится Адыгея, где гораздо хуже с правами человека. Если обращения оттуда не поступают, то только потому, что нет коммуникации.

Андрей Кошик, Краснодар

Подробнее http://krasnodar.rusplt.ru/index/pochemu_Kuban_lidiruet_po_kolichestvu_obrasheniu_k_pravozashitnikam-14869.html

 

Метки материала:

Комментарии закрыты