Почему ФСБ Адыгеи сажает бизнесменов, прощая президенту Тхакушинову миллиарды

Фото: www.adygheya.ru

Фото: www.adygheya.ru

В Майкопе начинается суд над Муратом Куваевым – очередным предпринимателем, которого обвинило в мошенничестве Управление ФСБ Адыгеи. Подобные суды становятся в республике привычными, как и методы добывания доказательств – когда спецназ штурмует семью с детьми или пинает задержанного на допросе. В итоге 

 возникает странная ситуация: борьба за безопасность России заканчивается банкротством градообразующих предприятий. То, что ФСБ в последние годы частенько ведет экономические дела, уже неудивительно. Привычна и технология следствия: если ты никого не сдаешь, садишься сам. Удивительно то, что это не касается президента Адыгеи, которому, оказывается, можно бросать на ветер миллиарды бюджетных рублей. Между тем, ситуация в республике меняется не в лучшую сторону: адыгейский пережил бандитские 90-е, но может не пережить нынешнюю эпоху стабильности.

 

Взлететь и упасть

 

«Низкий поклон и огромное спасибо», – говорит президент Адыгеи Аслан . Зал аплодирует. Объектив скользит по лицам в зале. Вот республиканские министры экономики и сельского хозяйства. Потом немцы, испанцы, корейцы. Это телерепортаж с открытия завода в сентябре 2008-го. Сейчас, после штурма ФСБ, учредитель завода в тюрьме. А второй, Казбек Зекох, показывает мне репортаж в компьютере.

Завод входил в пятерку крупнейших рисопереработчиков страны. «Инновационное наукоемкое предприятие, не имеющее аналогов в мире», – сказано в ответе Кубанского технологического университета на запрос одной иностранной фирмы. У рисозавода были миллиардные активы, но теперь он – банкрот. «На элеваторе оборудование новое, испанское», – вздыхает Казбек Зекох, щелкая мышью.

У него забрали не только рисозавод. В ООО «Время», где Казбек являлся учредителем, был еще и комбинат хлебопродуктов, фабрика бетонных изделий, 14-этажка в Сочи, сеть аптек, сельскохозяйственные базы с сотнями тракторов и комбайнов. Я радуюсь, что  Казбек живой и на свободе.

 

 

 По соседству с Путиным

 

Двадцать лет назад агроном колхоза «Путь Ильича» Казбек Зекох решил зарабатывать. Взял в партнеры однокурсника и открыл коммерческий магазин, первый в родном городе Адыгейске. Потом в подвале дома открыли цех тротуарной плитки. А в 2006-м взяли в банке кредит и купили старый местный рисозавод. Разрушили. И построили заново.

«Тут был пустырь. Вот мы первую технику завозим». – Фотографии цехов Казбек показывает, словно фото детей. За несколько лет предприятие увеличило показатели в 24 раза: в сутки стало обрабатывать по 240 тонн риса. Производство риса, придавленное в Адыгее постсоветским кризисом, стало оживать.

Вы когда-нибудь были в Сочи на улице Воровского? Если да, то вы ходили по плитке Казбека Зекоха. Потому что плиточное и строительное производства он все эти годы тоже развивал. Рядом с президентской резиденцией Бочаров Ручей стоит 14-этажное здание под синей крышей – Путину его отлично видно. Это тоже построило ООО «Время». Планов было громадье, но все рухнуло в один момент.

 

 

Кущевка по-адыгейски

 

«Залетает толпа, человек 12. В камуфляже, в черных масках, с автоматами. Орут: «Лежать! Стрелять будем!». Внизу спал трехлетний племянник, в соседней комнате сынишка, 12 лет. У детей истерика. Я хочу сына успокоить, а меня на пол швырнули, боец ногой на голову наступил. Жену на пол вниз лицом уложили. Я сначала подумал, что это банда. Они сказали, что ФСБ».

Как рассказывает Казбек, чекисты перерыли весь дом. «Их интересовали чемоданы, дипломаты. Ну, в чем обычно деньги носят», – усмехается Казбек. Из протокола обыска следует, что денег не нашли. Во всем огромном доме следственное отделение республиканской ФСБ изъяло несколько документов, лежавших на столе. Параллельно обыски шли в Майкопе и Адыгейске, где находятся офисы ООО «Время». По словам Зекоха, в Адыгейске вооруженный человек загнал шестерых женщин в каморку, где пять часов держал без воды, еды и права выйти в туалет.

Оказалось, что против партнера Казбека, Исмаила Чича, заведено уголовное дело. С Исмаилом Чичем Казбек когда-то открывал первый магазин, а позже пополам с ним разделил акции ООО «Время». Чич значился гендиректором и подписывал документы, потому и попал под удар. А Казбек Зекох в этом деле проходил как свидетель.

Дело возбудили по части 4 статьи 159, «мошенничество в особо крупном размере». Поводом к обыскам стал рапорт на тот момент зам. начальника отдела экономической безопасности ФСБ Адыгеи, Олега Топорова. В постановлении же о возбуждении дела следователь Дагаев пишет: Исмаил Чич «совершил хищение путем обмана денежных средств федерального бюджета Российской Федерации и республиканского бюджета Республики ».

 

 

Интеллигентная подстава

 

С начала своего существования ООО «Время» развивалось за счет кредитов «Сбербанка». По словам Казбека Зекоха, за все 10 лет предприятие ни разу не просрочило платеж. 27 августа 2010 года Адыгейское отделение «Сбербанка» одобрило выдачу очередного кредита, на 1 млрд. 800 млн. руб. Слово оставалось за вышестоящей организацией – Юго-Западным «Сбербанком» в Ростове-на-Дону. И официально он тоже не отказал. «Говорили, что директор будет послезавтра, например. Или что на следующей неделе надо позвонить. Мы так ждали несколько месяцев», – рассказывает Казбек.

Все бы ничего, но «Время» должно было платить проценты по прежним кредитам. Чтобы не портить кредитную историю, за полгода предприятие выплатило 632 миллиона. И, не дождавшись транша «Сбербанка», стало банкротом. Без работы остались 700 человек.

 

 

Дело техники

 

Вся эта история ясно показывает, насколько легко российскому предпринимателю сесть. Итак, ООО «Время» планировало купить новую технику для сельхозработ. На это пресловутый «Сбербанк» выделил кредит в 255 миллионов рублей. Но когда возникли описанные трудности, Чич и Зекох стали искать более дешевую технику. И в итоге договорились купить за 138 миллионов.

Обычно государство субсидирует покупку сельхозтехники, погашая часть процентов по кредиту. И ООО «Время» получило эти субсидии – исходя из 255-ти миллионов (то есть на сумму ранее взятого кредита). Но поскольку на технику было затрачено в действительности 138 миллионов, часть субсидий получилась лишней. Это и посчитали мошенничеством. «Но ведь мы платили проценты с 255-ти! До копейки!», –  кипятится Казбек.

ООО «Время» обратилось в правительство Адыгеи, выдавшее субсидии, с просьбой сделать акт сверки. Это позволило бы определить и устранить возможные неточности. Но правительство на обращение фирмы не ответило.

Исмаилу Чичу вменили хищение 42-х миллионов и дали 3, 5 года колонии-поселения. Масла в огонь подлила гостелерадиокомпания «Адыгея», показавшая репортаж в духе доноса в НКВД. Параллельно республиканский Арбитражный суд разбирал дело о банкротстве ООО «Время». Процедура наблюдения может идти 2 года, однако суд провел ее за несколько месяцев, что окончательно добило предприятие.

 

 

Звездный сын

 

Сейчас «Сбербанк» продает имущество «Времени» в счет долгов. Недавно нарисовались возможные покупатели рисозавода – из группы компаний «Краснодарзернопродукт». Рисозавод хороший, но цена кому-то показалась дорогой:  639, 5 миллионов. По моим данным, ее планируют снизить вдвое. Теперь окончательно восстановим цепочку событий: 1) банк не дал обещанный кредит, 2) ФСБ посадило директора, 3) суд моментально оформил банкротство, 4) появился «Краснодарзернопродукт». Глядя на все это, президент Адыгеи Аслан Тхакушинов и премьер республики Мурат Кумпилов промолчали.

 

 

И снова здравствуйте

 

Тут начинается другая история, но с теми же чекистами и журналистами. «Поставили лицом к стене, заставили поднять руки и приказали не двигаться. Сзади поставили бойца. Чуть шелохнешься – он ботинком бьет. Мне пару раз врезал. Я так минут 40 без движения стоял. Потом пришел полковник Топоров, отвел меня за шкирку в другой кабинет и показал следователя Дагаева. Сказал: «вот твой следователь».

Мурат Куваев вспоминает и другие детали задержания в ФСБ. У его адвоката полковник Олег Топоров забрал стул, заставив стоять три часа, пока длился допрос. После допроса Мурата ждала в коридоре съемочная группа ГТРК «Адыгея»: журналисты снимали, как его в наручниках сажают в полицейский «бобик» и увозят. Уже вечером об аресте раструбили в местных СМИ.

Задерживать предпринимателей запрещает статья 108 Уголовно-процессуального кодекса. Но в Майкопском городском суде Куваева арестовали и отвезли за 100 километров от Майкопа, в СИЗО. «Ты этого даже представить не можешь, – говорит Мурат, наливая мне чай в офисе. – Я был одним из самых влиятельных людей Адыгеи, и тут вдруг ФСБ, наручники, СИЗО. Расчет был сломать меня в первые дни, а я крепкий оказался».

 

 

Время и деньги

 

При СССР Мурат Куваев был простым водителем на майкопском сельхозпредприятии. В 1992-м остался без работы и думал-было продавать сигареты на улице. Но решил делать ремонты. И в итоге создал строительную фирму, одну из самых крупных в республике. Таких людей на Западе называют «self-mademan». К 2011 году в ООО «Куваев» работали 350 человек – для маленькой Адыгеи это значительная цифра. Фирма была основным подрядчиком республиканского правительства и мэрии.

Я вам открою тайну. На российских стройках, связанных с госфинансированием, есть два показателя: «как по документам» и «как на самом деле». Допустим, вам для строительства нужны деньги, но их весь год не перечисляют. В декабре деньги, наконец, поступают. Но освоить их до конца года уже нереально. Тут приходит чиновник и говорит: «напиши, что деньги освоены и работы сделаны. Я по документам закрою год. А ты достроишь позже». Чтобы чиновника не ругали, вы пишете, что все готово. А по факту завершаете стройку уже в следующем январе-феврале.

То же самое произошло с ООО «Куваев». Фирма  выиграла муниципальный контракт на реконструкцию очистных сооружений Майкопа. В декабре 2012 года Мурат Куваев отдал чиновникам документ, что поставка оборудования для очистных сооружений выполнена полностью. В действительности была поставлена лишь половина. Оставшуюся половину Куваев стал поставлять чуть позже, в январе. Позже похожая ситуация возникла при строительстве городка для работников МЧС. Из-за этого ФСБ возбудила сразу два уголовных дела по части 4 статьи 159, «мошенничество в особо крупном размере».

 

 

Недобанкроченный

 

Спрашиваю: «чего фээсбэшники хотели?». Мурат долго думает. Затем, наконец, решается: «требовали компромат на мэра Майкопа. Кто ему откаты заносил, кому он заносил. А я этого не знаю». Теперь восстановим хронологию. 30 января 2013 года ГТРК «Адыгея» показывает репортаж об аресте Куваева. 1 февраля местная «Комсомольская правда» «мочит» Куваева и утверждает, что он связан с дочерью мэра. 3 февраля Майкопский городской суд выносит постановление об аресте Куваева на 2 месяца. А на следующий день, 4 февраля, мэр Майкопа Михаил Черниченко подает в отставку.

Цель достигнута, мэр ушел. 12 февраля Верховный суд Адыгеи заменяет Куваеву заключение под стражу на домашний арест. При этом выясняется: часть оборудования, про отсутствие которого говорит ФСБ, на стройплощадке в действительности есть. В августе Мурата и вовсе выпускают под залог. «Мне чекисты намекали, что с ними надо дружить. А как это? Я не понимаю», – смеется Мурат.

После возбуждения дел банковские счета ООО «Куваев» были арестованы: сотрудники остались без зарплат, техника без горючего. Более того, главу адыгейского МЧС, с которым работал Куваев, стали подвигать к тому, чтобы тот через суд потребовал с ООО «Куваев» гигантскую необоснованную пеню (об этом позже). Фирму ждала судьба адыгейского рисозавода: банкротство и последующий выкуп за копейки. Но случилось неожиданное: подавать в суд МЧС отказалось. Более того, партнеры стали поставлять продукцию бесплатно, под честное слово. «Звонили и говорили: «держитесь, ребята, мы все понимаем. Как будет денежка, отдадите». Я с 1992 года никого не кинул, и они это знали», – говорит Мурат.

Так фирма выжила и стала возвращать долги. Банкротство не состоялось, но и ФСБ вряд ли сдаст назад. Сейчас Мурату Куваеву предстоит суд, ему грозит до десяти лет лишения свободы.

 

 

Спасение добывающих

 

Теперь – про министра МЧС Адыгеи Мурата Гунажокова. Мы сидим с ним за рабочим столом. Спортивная майка, непринужденный тон разговора – все это так не похоже на чиновника. Впрочем, тема разговора серьезная: ФСБ и республиканский премьер-министр Кумпилов. «В начале 2008 года президент Адыгеи поручил проверить карьеры на реке Белой, – рассказывает Мурат Гунажоков.  – Я приезжаю на карьеры, а там машин 50, изымают гравий. Тут же братва подъехала, и мне звонит Кумпилов. Разговор я понял так, что надо оставить эти карьеры в покое».

Позже Мурат Гунажоков по его словам, обратился к руководителю республиканского ФСБ Олегу Селезневу. «Я ему стал объяснять про карьеры, про Кумпилова, с кем он связан. А Селезнев как будто особого внимания не обращает. Потом меня Кумпилов с Тхакушиновым (президент Адыгеи – Е. Т.) вызвали и говорят: «ты зачем к Селезневу ходил? Выбирай, ты с нами или нет». А я ни с кем, я сам». Надо полагать, министр Гунажоков выбрал неправильный ответ. Сейчас на него завели уголовное дело.

 

 

Посадка в ручном режиме

 

Допустим, вы – министр МЧС Адыгеи. И ваше подразделение выступило как заказчик строительства пожарной части. Сама часть – это боксы для пожарных машин плюс заправочная станция. Все это строится и вводится в эксплуатацию. Автозаправка оформляется в регистрационной и кадастровой палатах. Вы о ней забываете и спокойно работаете дальше.

Через полтора года республиканское ФСБ вместе с Главной военной прокуратурой проводят проверку (ее обоснованность – отдельный вопрос). И выясняется: работы выполнены на 93 миллиона рублей, но на оставшиеся 214 тысяч перечисленных рублей – якобы нет. При этом адыгейское телевидение вместо 214-ти тысяч говорит о «сотнях миллионов» и крутит это в эфире около месяца. Военный же прокурор в возбуждении уголовного дела по результатам проверки отказывает.

Вскоре приезжает комиссия из Москвы, во главе которой   представитель Департамента инвестиций и капитального строительства МЧС. Поверяется все: строительные документы, техническое состояние зданий. Заключение комиссии: «На момент проверки все объемы работ завершены и здания и сооружения функционируют». Казалось бы, поводов для беспокойства нет.

А сейчас внимание: подрядчиком при строительстве заправки выступал уже известный нам Мурат Куваев. «Вызывают меня в ФСБ и просят, чтобы я на Куваева в суд подал. Типа он просрочил строительство и должен пеню 860 миллионов», – смеется министр. Это и вправду смешно, потому что общая сумма контракта составляла 93 миллиона. То есть в 9 раз меньше «пени».

 

Словом, подавать в суд Гунажоков не стал.  19 апреля 2013 года военный следственный отдел Следственного комитета и возбудил то самое дело: часть 1 статьи 285, «злоупотребление должностными полномочиями из корыстной или иной личной заинтересованности». То есть прежние проверки показали, что преступления нет, но теперь оно появилось. Суд начнется в ближайшее время, Мурату Гунажокову грозит до четырех лет тюрьмы.

 

 

Эпилог под мостом

 

Итак, чекисты выявили заправку, якобы нанесшую вред России на 214 тысяч рублей. Можно было бы их похвалить, если бы не 2, 5 млрд. руб, «вбуханные» адыгейским президентом Асланом Тхакушиновым в ненужный мост и неработающий водовод. Эти факты почему-то не повлекли возбуждения дела на президента.

Едем к мосту. С трассы сворачиваем на новую дорогу. Под колесами шуршит асфальт, ровный как стекло. Через 4 с половиной километра – тот самый мост. Он идет через реку Лабу и упирается в непроходимый лес. Вот почему тут никто не ездит.

Рядом находится аул Уляп, в котором президент Адыгеи родился и вырос. За 560 миллионов, потраченных на мост, можно было заасфальтировать всю столицу Адыгеи, Майкоп. Но президент сделал подарок родному аулу.

Такой же странный подарок – майкопский водовод. Его начали строить в 2009 году, потратили 2 млрд. руб. Но обнаружился подлог: вместо новых водопроводных труб были уложены старые, причем из-под нефтепровода. Как сказано в служебной справке республиканской прокуратуры, «высшие должностные лица республики Адыгея знали о применении указанных труб, <..> при этом никаких мер по предотвращению хищения бюджетных средств не приняли». И все по-прежнему на должностях.

В Уляпе встречаю Зариму Хацукову – хозяйку местного магазина. Жалуется, что покупателей у нее нет. Вообще нет. Людям негде работать и не за что покупать. Не знаю, борется ли ФСБ с безработицей, но когда закрылись рисозавод Казбека Зекоха и ООО «Куваев», без работы осталась почти тысяча жителей республики.

 

Спустя 5 дней после публикации материала в редакцию сайта поступило удивительное письмо от корреспондента «Новой газеты» вместе с измененным текстом статьи.

Автор почему-то вдруг засомневался в ранее им написанном.

 

Текст письма:

 

Здравствуйте!

Вас беспокоит Евгений Титов.

На сайте http://zakrasnodar.org  опубликована статья за моей подписью  «Почему ФСБ Адыгеи сажает бизнесменов, прощая президенту Тхакушинову миллиарды»

Разрешения на публикацию этой статьи я не давал. Но поскольку вы ее опубликовали, ее надо изменить.

Надо указать там ответы критикуемых сторон. Тогда публикация будет соответствовать Закону о СМИ.

В этом письме прикреплен новый вариант текста, где приведены позиции критикуемых сторон. Прошу вас прежний вариант с сайта убрать, а поставить этот, который я вам шлю в этом письме.

Заране спасибо!

Адыгея ФСБ ПОСЛЕДНИЙ ВАРИАНТ.doc

 

 

Почему ФСБ Адыгеи сажает бизнесменов, прощая президенту Тхакушинову миллиарды

 

В Майкопе начинается суд над Муратом Куваевым – очередным предпринимателем, которого обвинило в мошенничестве Управление ФСБ Адыгеи. Подобные суды становятся в республике привычными, как и методы добывания доказательств – когда спецназ штурмует семью с детьми или пинает задержанного на допросе. В итоге возникает странная ситуация: борьба за безопасность России заканчивается банкротством градообразующих предприятий. То, что ФСБ в последние годы частенько ведет экономические дела, уже неудивительно. Привычна и технология следствия: если ты никого не сдаешь, садишься сам. Удивительно то, что это не касается президента Адыгеи, которому, оказывается, можно бросать на ветер миллиарды бюджетных рублей. Между тем, ситуация в республике меняется не в лучшую сторону: адыгейский бизнес пережил бандитские 90-е, но может не пережить нынешнюю эпоху стабильности.

 

Взлететь и упасть

 

«Низкий поклон и огромное спасибо», – говорит президент Адыгеи Аслан Тхакушинов. Зал аплодирует. Объектив скользит по лицам в зале. Вот республиканские министры экономики и сельского хозяйства. Потом немцы, испанцы, корейцы. Это телерепортаж с открытия завода в сентябре 2008-го. Сейчас, после штурма ФСБ, учредитель завода в тюрьме. А второй, Казбек Зекох, показывает мне репортаж в компьютере.

Завод входил в пятерку крупнейших рисопереработчиков страны. «Инновационное наукоемкое предприятие, не имеющее аналогов в мире», – сказано в ответе Кубанского технологического университета на запрос одной иностранной фирмы. У рисозавода были миллиардные активы, но теперь он – банкрот. «На элеваторе оборудование новое, испанское», – вздыхает Казбек Зекох, щелкая мышью.

У него забрали не только рисозавод. В ООО «Время», где Казбек являлся учредителем, был еще и комбинат хлебопродуктов, фабрика бетонных изделий, 14-этажка в Сочи, сеть аптек, сельскохозяйственные базы с сотнями тракторов и комбайнов. Я радуюсь, что  Казбек живой и на свободе.

 

По соседству с Путиным

 

Двадцать лет назад агроном колхоза «Путь Ильича» Казбек Зекох решил зарабатывать. Взял в партнеры однокурсника и открыл коммерческий магазин, первый в родном городе Адыгейске. Потом в подвале дома открыли цех тротуарной плитки. А в 2006-м взяли в банке кредит и купили старый местный рисозавод. Разрушили. И построили заново.

«Тут был пустырь. Вот мы первую технику завозим». – Фотографии цехов Казбек показывает, словно фото детей. За несколько лет предприятие увеличило показатели в 24 раза: в сутки стало обрабатывать по 240 тонн риса. Производство риса, придавленное в Адыгее постсоветским кризисом, стало оживать.

Вы когда-нибудь были в Сочи на улице Воровского? Если да, то вы ходили по плитке Казбека Зекоха. Потому что плиточное и строительное производства он все эти годы тоже развивал. Рядом с президентской резиденцией Бочаров Ручей стоит 14-этажное здание под синей крышей – Путину его отлично видно. Это тоже построило ООО «Время». Планов было громадье, но все рухнуло в один момент.

 

Кущевка по-адыгейски

 

«Залетает толпа, человек 12. В камуфляже, в черных масках, с автоматами. Орут: «Лежать! Стрелять будем!». Внизу спал трехлетний племянник, в соседней комнате сынишка, 12 лет. У детей истерика. Я хочу сына успокоить, а меня на пол швырнули, боец ногой на голову наступил. Жену на пол вниз лицом уложили. Я сначала подумал, что это банда. Они сказали, что ФСБ».

У ФСБ Адыгеи иное видение ситуации. В ответе на запрос одного из федеральных изданий чекисты сообщили: физическая сила при данном обыске не применялась. И, самое главное, после обыска действия ФСБ никто не обжаловал, то есть все было довольны. Резонно. 

Как рассказывает Казбек, чекисты перерыли весь дом. «Их интересовали чемоданы, дипломаты. Ну, в чем обычно деньги носят», – усмехается Казбек. Из протокола обыска следует, что денег не нашли. Во всем огромном доме следственное отделение республиканской ФСБ изъяло несколько документов, лежавших на столе. Параллельно обыски шли в Майкопе и Адыгейске, где находятся офисы ООО «Время». По словам Зекоха, в Адыгейске вооруженный человек загнал шестерых женщин в каморку, где пять часов держал без воды, еды и права выйти в туалет.

Оказалось, что против партнера Казбека, Исмаила Чича, заведено уголовное дело. С Исмаилом Чичем Казбек когда-то открывал первый магазин, а позже пополам с ним разделил акции ООО «Время». Чич значился гендиректором и подписывал документы, потому и попал под удар. А Казбек Зекох в этом деле проходил как свидетель.

Дело возбудили по части 4 статьи 159, «мошенничество в особо крупном размере». Поводом к обыскам стал рапорт на тот момент зам. начальника отдела экономической безопасности ФСБ Адыгеи, Олега Топорова. В постановлении же о возбуждении дела следователь Дагаев пишет: Исмаил Чич «совершил хищение путем обмана денежных средств федерального бюджета Российской Федерации и республиканского бюджета Республики Адыгея».

 

Интеллигентная подстава

 

С начала своего существования ООО «Время» развивалось за счет кредитов «Сбербанка». По словам Казбека Зекоха, за все 10 лет предприятие ни разу не просрочило платеж. 27 августа 2010 года Адыгейское отделение «Сбербанка» одобрило выдачу очередного кредита, на 1 млрд. 800 млн. руб. Слово оставалось за вышестоящей организацией – Юго-Западным «Сбербанком» в Ростове-на-Дону. И официально он тоже не отказал. «Говорили, что директор будет послезавтра, например. Или что на следующей неделе надо позвонить. Мы так ждали несколько месяцев», – рассказывает Казбек.

Все бы ничего, но «Время» должно было платить проценты по прежним кредитам. Чтобы не портить кредитную историю, за полгода предприятие выплатило 632 миллиона. И, не дождавшись транша «Сбербанка», стало банкротом. Без работы остались 700 человек.

Объективности ради отмечу: вопрос о выдаче кредита ООО «Время» на 1,8 млрд. руб.  Юго-Западный банк официально не рассматривал. Более того, инициатором банкротства формально было само ООО, а не «Сбербанк». Как удалось выяснить, в самом банке утверждают, что был принят ряд мер по урегулированию задолженности ООО «Время» и недопущению банкротства предприятия.

 

Дело техники

 

Вся эта история ясно показывает, насколько легко российскому предпринимателю сесть. Итак, ООО «Время» планировало купить новую технику для сельхозработ. На это пресловутый «Сбербанк» выделил кредит в 255 миллионов рублей. Но когда возникли описанные трудности, Чич и Зекох стали искать более дешевую технику. И в итоге договорились купить за 138 миллионов.

Обычно государство субсидирует покупку сельхозтехники, погашая часть процентов по кредиту. И ООО «Время» получило эти субсидии – исходя из 255-ти миллионов (то есть на сумму ранее взятого кредита). Но поскольку на технику было затрачено в действительности 138 миллионов, часть субсидий получилась лишней. Это и посчитали мошенничеством. «Но ведь мы платили проценты с 255-ти! До копейки!», –  кипятится Казбек.

ООО «Время» обратилось в правительство Адыгеи, выдавшее субсидии, с просьбой сделать акт сверки. Это позволило бы определить и устранить возможные неточности. Но правительство на обращение фирмы не ответило.

Исмаилу Чичу вменили хищение 42-х миллионов и дали 3, 5 года колонии-поселения. Масла в огонь подлила гостелерадиокомпания «Адыгея», показавшая репортаж в духе доноса в НКВД. Параллельно республиканский Арбитражный суд разбирал дело о банкротстве ООО «Время». Процедура наблюдения может идти 2 года, однако суд провел ее за несколько месяцев, что окончательно добило предприятие.

Сейчас «Сбербанк» продает имущество «Времени» в счет долгов. Недавно нарисовались возможные покупатели рисозавода – из группы компаний «Краснодарзернопродукт». Рисозавод хороший, но цена кому-то показалась дорогой:  639, 5 миллионов. По моим данным, ее планируют снизить вдвое. Теперь окончательно восстановим цепочку событий: 1) банк не дал обещанный кредит, 2) ФСБ посадило директора, 3) суд моментально оформил банкротство, 4) появился «Краснодарзернопродукт». Глядя на все это, президент Адыгеи Аслан Тхакушинов и премьер республики Мурат Кумпилов промолчали.

 

И снова здравствуйте

 

Тут начинается другая история, но с теми же чекистами и журналистами. «Поставили лицом к стене, заставили поднять руки и приказали не двигаться. Сзади поставили бойца. Чуть шелохнешься – он ботинком бьет. Мне пару раз врезал. Я так минут 40 без движения стоял. Потом пришел полковник Топоров, отвел меня за шкирку в другой кабинет и показал следователя Дагаева. Сказал: «вот твой следователь».

Ранее этой темой занималось одно из федеральных изданий. Как удалось выяснить, изложенные обстоятельства адыгейское УФСБ называет не соответствующими действительности. Чекисты также отмечают, что жалоб со стороны Куваева не поступало.

Впрочем, Мурат Куваев вспоминает и другие детали задержания в ФСБ. У его адвоката полковник Олег Топоров забрал стул, заставив стоять три часа, пока длился допрос. После допроса Мурата ждала в коридоре съемочная группа ГТРК «Адыгея»: журналисты снимали, как его в наручниках сажают в полицейский «бобик» и увозят. Уже вечером об аресте раструбили в местных СМИ.

Задерживать предпринимателей запрещает статья 108 Уголовно-процессуального кодекса. Но в Майкопском городском суде Куваева арестовали и отвезли за 100 километров от Майкопа, в СИЗО. «Ты этого даже представить не можешь, – говорит Мурат, наливая мне чай в офисе. – Я был одним из самых влиятельных людей Адыгеи, и тут вдруг ФСБ, наручники, СИЗО. Расчет был сломать меня в первые дни, а я крепкий оказался».

 

Время и деньги

 

При СССР Мурат Куваев был простым водителем на майкопском сельхозпредприятии. В 1992-м остался без работы и думал-было продавать сигареты на улице. Но решил делать ремонты. И в итоге создал строительную фирму, одну из самых крупных в республике. Таких людей на Западе называют «self-mademan». К 2011 году в ООО «Куваев» работали 350 человек – для маленькой Адыгеи это значительная цифра. Фирма была основным подрядчиком республиканского правительства и мэрии.

Я вам открою тайну. На российских стройках, связанных с госфинансированием, есть два показателя: «как по документам» и «как на самом деле». Допустим, вам для строительства нужны деньги, но их весь год не перечисляют. В декабре деньги, наконец, поступают. Но освоить их до конца года уже нереально. Тут приходит чиновник и говорит: «напиши, что деньги освоены и работы сделаны. Я по документам закрою год. А ты достроишь позже». Чтобы чиновника не ругали, вы пишете, что все готово. А по факту завершаете стройку уже в следующем январе-феврале.

То же самое произошло с ООО «Куваев». Фирма  выиграла муниципальный контракт на реконструкцию очистных сооружений Майкопа. В декабре 2012 года Мурат Куваев отдал чиновникам документ, что поставка оборудования для очистных сооружений выполнена полностью. В действительности была поставлена лишь половина. Оставшуюся половину Куваев стал поставлять чуть позже, в январе. Позже похожая ситуация возникла при строительстве городка для работников МЧС. Из-за этого ФСБ возбудила сразу два уголовных дела по части 4 статьи 159, «мошенничество в особо крупном размере».

 

Недобанкроченный

 

Спрашиваю: «чего фээсбэшники хотели?». Мурат долго думает. Затем, наконец, решается: «требовали компромат на мэра Майкопа. Кто ему откаты заносил, кому он заносил. А я этого не знаю». Теперь восстановим хронологию. 30 января 2013 года ГТРК «Адыгея» показывает репортаж об аресте Куваева. 1 февраля местная «Комсомольская правда» «мочит» Куваева и утверждает, что он связан с дочерью мэра. 3 февраля Майкопский городской суд выносит постановление об аресте Куваева на 2 месяца. А на следующий день, 4 февраля, мэр Майкопа Михаил Черниченко подает в отставку.

Цель достигнута, мэр ушел. 12 февраля Верховный суд Адыгеи заменяет Куваеву заключение под стражу на домашний арест. При этом выясняется: часть оборудования, про отсутствие которого говорит ФСБ, на стройплощадке в действительности есть. В августе Мурата и вовсе выпускают под залог. «Мне чекисты намекали, что с ними надо дружить. А как это? Я не понимаю», – смеется Мурат.

После возбуждения дел банковские счета ООО «Куваев» были арестованы: сотрудники остались без зарплат, техника без горючего. Более того, главу адыгейского МЧС, с которым работал Куваев, стали подвигать к тому, чтобы тот через суд потребовал с ООО «Куваев» гигантскую необоснованную пеню (об этом позже). Фирму ждала судьба адыгейского рисозавода: банкротство и последующий выкуп за копейки. Но случилось неожиданное: подавать в суд МЧС отказалось. Более того, партнеры стали поставлять продукцию бесплатно, под честное слово. «Звонили и говорили: «держитесь, ребята, мы все понимаем. Как будет денежка, отдадите». Я с 1992 года никого не кинул, и они это знали», – говорит Мурат.

Так фирма выжила и стала возвращать долги. Банкротство не состоялось, но и ФСБ вряд ли сдаст назад. Сейчас Мурату Куваеву предстоит суд, ему грозит до десяти лет лишения свободы.

 

Спасение добывающих

 

Теперь – про министра МЧС Адыгеи Мурата Гунажокова. Мы сидим с ним за рабочим столом. Спортивная майка, непринужденный тон разговора – все это так не похоже на чиновника. Впрочем, тема разговора серьезная: ФСБ и республиканский премьер-министр Кумпилов. «В начале 2008 года президент Адыгеи поручил проверить карьеры на реке Белой, – рассказывает Мурат Гунажоков.  – Я приезжаю на карьеры, а там машин 50, изымают гравий. Тут же братва подъехала, и мне звонит Кумпилов. Разговор я понял так, что надо оставить эти карьеры в покое».

Позже Мурат Гунажоков по его словам, обратился к руководителю республиканского ФСБ Олегу Селезневу. «Я ему стал объяснять про карьеры, про Кумпилова, с кем он связан. А Селезнев как будто особого внимания не обращает. Потом меня Кумпилов с Тхакушиновым (президент Адыгеи – Е. Т.) вызвали и говорят: «ты зачем к Селезневу ходил? Выбирай, ты с нами или нет». А я ни с кем, я сам». Надо полагать, министр Гунажоков выбрал неправильный ответ. Сейчас на него завели уголовное дело.

Действительно ли были такие разговоры, журналисты пытались выяснить у адыгейского премьер-министра Кумпилова. Однако ответа не поступило. В свою очередь, УФСБ Адыгеи, отвечая одной из московских газет, сообщило: встречи руководителя УФСБ с министром Гунажоковым не было и изложенная информация не соответствует действительности.

 

Посадка в ручном режиме

 

Допустим, вы – министр МЧС Адыгеи. И ваше подразделение выступило как заказчик строительства пожарной части. Сама часть – это боксы для пожарных машин плюс заправочная станция. Все это строится и вводится в эксплуатацию. Автозаправка оформляется в регистрационной и кадастровой палатах. Вы о ней забываете и спокойно работаете дальше.

Через полтора года республиканское ФСБ вместе с Главной военной прокуратурой проводят проверку (ее обоснованность – отдельный вопрос). И выясняется: работы выполнены на 93 миллиона рублей, но на оставшиеся 214 тысяч перечисленных рублей – якобы нет. При этом адыгейское телевидение вместо 214-ти тысяч говорит о «сотнях миллионов» и крутит это в эфире около месяца. Военный же прокурор в возбуждении уголовного дела по результатам проверки отказывает.

Вскоре приезжает комиссия из Москвы, во главе которой   представитель Департамента инвестиций и капитального строительства МЧС. Поверяется все: строительные документы, техническое состояние зданий. Заключение комиссии: «На момент проверки все объемы работ завершены и здания и сооружения функционируют». Казалось бы, поводов для беспокойства нет.

А сейчас внимание: подрядчиком при строительстве заправки выступал уже известный нам Мурат Куваев. «Вызывают меня в ФСБ и просят, чтобы я на Куваева в суд подал. Типа он просрочил строительство и должен пеню 860 миллионов», – смеется министр. Это и вправду смешно, потому что общая сумма контракта составляла 93 миллиона. То есть в 9 раз меньше «пени».

Словом, подавать в суд Гунажоков не стал.  19 апреля 2013 года военный следственный отдел Следственного комитета и возбудил то самое дело: часть 1 статьи 285, «злоупотребление должностными полномочиями из корыстной или иной личной заинтересованности». То есть прежние проверки показали, что преступления нет, но теперь оно появилось. Суд начнется в ближайшее время, Мурату Гунажокову грозит до четырех лет тюрьмы.

 

Эпилог под мостом

 

Итак, чекисты выявили заправку, якобы нанесшую вред России на 214 тысяч рублей. Можно было бы их похвалить, если бы не 2, 5 млрд. руб, «вбуханные» адыгейским президентом Асланом Тхакушиновым в ненужный мост и неработающий водовод. Эти факты почему-то не повлекли возбуждения дела на президента.

Едем к мосту. С трассы сворачиваем на новую дорогу. Под колесами шуршит асфальт, ровный как стекло. Через 4 с половиной километра – тот самый мост. Он идет через реку Лабу и упирается в непроходимый лес. Вот почему тут никто не ездит.

Рядом находится аул Уляп, в котором президент Адыгеи родился и вырос. За 560 миллионов, потраченных на мост, можно было заасфальтировать всю столицу Адыгеи, Майкоп. Но президент сделал подарок родному аулу.

Такой же странный подарок – майкопский водовод. Его начали строить в 2009 году, потратили 2 млрд. руб. Но обнаружился подлог: вместо новых водопроводных труб были уложены старые, причем из-под нефтепровода. Как сказано в служебной справке республиканской прокуратуры, «высшие должностные лица республики Адыгея знали о применении указанных труб, <..> при этом никаких мер по предотвращению хищения бюджетных средств не приняли». И все по-прежнему на должностях.

О сложившейся ситуации не раз писали федеральные средства массовой информации. Президент Адыгеи, отвечая на запрос одной из газет, сообщил: строительство дороги и моста проведено в рамках федеральной целевой программы «Модернизация транспортной системы России». Завершен первый этап строительства, а второй, завершающий этап, выполнит Краснодарский край, причем уже в 2014 году.

 

В Уляпе встречаю Зариму Хацукову – хозяйку местного магазина. Жалуется, что покупателей у нее нет. Вообще нет. Людям негде работать и не за что покупать. Не знаю, борется ли ФСБ с безработицей, но когда закрылись рисозавод Казбека Зекоха и ООО «Куваев», без работы осталась почти тысяча жителей республики.

 

Евгений Титов

2 комментария на “Почему ФСБ Адыгеи сажает бизнесменов, прощая президенту Тхакушинову миллиарды”

  1. Евгений Титов 01.05.14 в 16:41

    Уважаемая администрация сайта! Я автор этого текста, Евгений Титов. Еще раз уведомляю вас о том, что разрешение на публикацию этой статьи я вам не давал. И ее текст вам не пересылал. Статья предназначалась для публикации в федеральных СМИ, и в нынешнем виде к публикации на вашем сайте не готова.
    Чтобы опубликовать статью, вы обязаны направить соответствующие запросы информации в те ведомства, интересы которых тут затрагиваются. И на основе полученных ответов привести их позицию. Это ваша обязанность в соответствии с Законом о СМИ.
    Пока этого не сделано, я официально требую от вас немедленно убрать публикацию с сайта. В противном случае буду вынужден обратиться в Роскомнадзор.
    Поскольку на электронную почту и телефонные звонки вы не отвечаете, пишу вам в комментарии.

  2. Против произвола 02.05.14 в 02:14

    Корреспондент «Новой Газеты», вы гнусный лжец!
    Мы, жители Адыгеи, уставшие от вымогательства и незаконных действий местных властей и ФСБ обратились к вам ещё в январе 2014 года. Мы несколько раз привозили вас в Майкоп, дали вам все документы, свидетельствующие о произволе и преступлениях. Вы сказали, что для написания статьи потребуются деньги, так как к уголовной ответственности привлекают крупных бизнесменов. Вы запросили 120 тысяч рублей за написание статьи и публикацию в «Новой Газете». Мы вам собрали деньги, 50 тысяч, аванс. Их дали вам не олигархи, вам собрали их простые жители, уставшие от произвола, страха и мучений. Вы написали только про то как фэсбэшник отобрал стул у адвоката во время допроса. Другие факты вы умолчали, теперь ясно почему! Когда наш представитель потребовал вернуть деньги вы обязались написать правду в своей статье за эти 50 тысяч. Вы сказали, что газета такую статью не станет публиковать и нужно обратиться к заместителю главного редактора вашей газеты, публикация потянет примерно 500 тысяч. Такие деньги мы собрать не сможем. Вы отдали нашему представителю статью, он отправил её на этот сайт.
    Здесь ее опубликовали бесплатно!!!
    Зачем же вы лжете? Ваша работа оплачена сполна! Почему требуете убрать статью, за написание которой вы получили народных 50 тысяч рублей? Писать статьи о преступлениях и нарушениях ваша обязанность перед обществом и государством Российским! Мы будем жаловаться на вас в «Новую Газету» и Союз журналистов России!