КУБАНСКАЯ ЧИНОВНИЦА ПОКОРИТ ВОРОНЕЖ

Галина Золина

Ближайшая соратница губернатора Кубани Александра Ткачёва снова будет защищать докторскую диссертацию.

Теперь уже подальше от столицы  — в Воронежском государственном университете. Процедура назначена на 14 часов 15 апреля. Учёному совету университета предстоит дать должную оценку её научному труду «Универсум массовой информации социальной общности: идентично-имиджевый дискурс». По результатам вице- планирует получить учёную  степень «доктор филологических наук».

Это не первая попытка  завладеть столь высоким научным статусом. В декабре  2012 года, Галина Золина,  мягко говоря безуспешно, представляла в московский ВУЗ на соискание учёной степени доктора политических наук другую свою работу — «Социально-политическая общность региона в информационно-коммуникативном универсуме: идентично-имиджевый дискурс». Учёный совет не проникся  идеями диссертации чиновницы.  Видеозапись защиты попала на видеохостинг , где к негативной оценке трудов вице-губернатора Кубани подключились и пользователи.

Предстоящая попытка защиты также обещает закончиться скандалом. В редакции портала ZAKRASNODAR.RU имеются несколько отзывов на диссертацию Галины Золиной.  Кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН, заместитель начальника Отдела научных экспертиз МГУ им. М. В. Ломоносова Ирина Левонтина так оценивает  представленную работу: «Присуждение докторской степени за эту работу было бы проявлением неуважения к труду настоящих ученых-филологов и покрыло бы несмываемым позором тот Ученый совет, в котором бы эта защита состоялась».

Представленная Г. Д. Золиной не имеет отношения ни к филологии, ни к науке о коммуникации и журналистике вообще, она совершенно не соответствует требованиям ВАК, предъявляемым к такого рода работам, и не заслуживает присвоения искомой степени.

Вдобавок к этому, удивляет и позиция диссертационного совета, единодушно принявшего работу, которую Г. Д. Золина дважды и безуспешно пыталась защитить в иных местах. Хотелось бы обратиться и прямо в ВАК с просьбой проверить данный случай на предмет использования административного ресурса и коррупции» — подводит неутешительные итоги доктор филологических наук Профессор кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики Московского университета имени М. В. Ломоносова Павел Балдицын.

Однако негативные отзывы вряд ли остановят соискательницу. В Кубанском государственном университете поговаривают, что научная степень требуется чиновнице для получения должности ректора этого ВУЗа. Если так, то уже совсем скоро мы станем свидетелями очередного весёлого представления…

Никита Тужуркин

http://www.zakrasnodar.ru/art/v-rossii/mneniya-i-publikatsii/kubanskaya-chinovnitsa-pokorit-v_5887.html

————————ЗОЛИНА ОТЗЫВЫ НА ДИССЕРТАЦИЮ——————

Отзыв Балдицына docx

Отзыв

об автореферате диссертации на соискание учёной степени доктора филологических наук Золиной Галины Дмитриевны «УНИВЕРСУМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ ОБЩНОСТИ: ИДЕНТИЧНО-ИМИДЖЕВЫЙ ДИСКУРС», представленной в диссертационный совет

Д 212.038.18 в Воронежском государственном университете

 

Хотелось бы остаться в рамках спокойной научной полемики, но прочитанный мной автореферат не даёт сделать это. Само название диссертации вызывает недоумение – оно безграмотно в употреблении слов и нагромождении двух родительных падежей – как с точки зрения русского языка, так и с точки зрения коммуникативной науки. Что такое «универсум»? Латинское слово “universum” означает мир, вселенную, мировое целое, в нынешней научной речи, это «вся объективная реальность во времени и в пространстве». Что значит сочетание первых пяти слов? Может быть это совокупность всех региона? Или страны? Или всего мира, на что намекает слово «универсум»? Сочетания слов «универсум социальной общности» или «идентично-имиджевый дискурс» тавтологичны и нелепы. Как известно, понятие «идентичности» для таких больших групп, как целый край, вызывает сомнение у социологов, потому что неизбежно распадается на отдельные, более мелкие единства, так что необходимо его конкретизировать и определять точнее.

Язык автореферата нарочито наукообразный, однако подлинной научности здесь не видно. Если освободить текст вступительной части от сложных, а порой и заумных словосочетаний, перед нами газетная статья или выступление на совещании с призывом пропагандировать Краснодарского края. Этот край мне родной, и я не могу согласиться, чтобы его представляли в таких текстах. Что значит «именной реформационный модус» (стр. 2)? Для меня, филолога, это загадка. В чём смысл следующей фразы: «…несомненным приоритетом отечественной модернизации являются «вложения в человека», информационно-коммуникативного по своей сущности, которые улучшают его изначальную материальную и духовную природу, а именно: идентично-имиджевую его структуру – биогенез, социогенез, психогенез»? Что значит «информационно-коммуникативное» «вложение в человека»? Это пропаганда, реклама или что-то ещё?  А потом встречаешь ещё и «полифонические» (то есть «многоголосые») «вложения в человека» (стр. 2-3). Хотелось бы узнать, какова семантика понятия «идентично-имиджевая структура», что оно значит?  И как туда входят биогенез, т.е. «все живые организмы в их развитии», социогенез и психогенез, т.е. «процесс эволюции общества, человеческой психики и сознания»? Когда читаешь такое, поневоле вспоминаешь слова чеховской героини: «Они хочут свою образованность показать и всегда говорят о непонятном».

Мой вывод первый: к филологии этот текст никакого отношения не имеет.

 

Мне могут резонно возразить: с точки зрения европейской и мировой мысли изучение журналистики сейчас относится к общественным наукам, то есть к социологии, политологии и т. п. С этим соглашусь вполне – наука о коммуникации сегодня от филологии отдалилась. Но этот текст и к науке вообще имеет лишь косвенное, «миметическое» отношение, это – явный симулякр, что лишь имитирует науку, а не является таковой. Список мыслителей и учёных на страницах с 6-й по 8-ую автореферата из более 250 имён – от Аристотеля до Хорольского – ничего не доказывает: следов чтения их трудов в автореферате не заметно.

 

Насколько можно понять «гипотезу исследования» (стр. 10), она заключается в управлении СМИ в нужном для людей, находящихся у власти, русле. Это понятно. Важно, как это делается. Пусть соискатель пояснит, в чём заключается «инновационная массмедийная парадигма развития гетерогенного гражданского сообщества, определяющих и корректирующих идентично-имиджевые параметры его прогрессивной эволюции» (там же). Это агитация, пропаганда, реклама края/региона или что-то иное?

 

Попробуем разобраться по существу, есть ли в работе Г. Д. Золиной научное содержание. Для этого возьмём положения, вынесенные на защиту, и разберём их подробно. Наш критический метод будет простым – снять оболочку заумных терминов и передать положения своими словами. Упрощение иногда бывает очень эффективным для выявления самой сути высказывания. Кроме того, по ходу анализа текста придётся прояснять значение употребляемых слов. Перефразируя Декарта, можно сказать: «Определяйте значение слов и вы избавитесь от большей части ваших споров».

 

Надо сразу же подчеркнуть, что главный приём порождения этого текста –тавтология, с помощью которой автор пытается прикрыть банальные мысли обилием квазинаучных терминов. Хороший пример тому – второе из положений диссертации, где четырежды повторяется пара слов «идентичность» и «имидж», к ним дважды добавлена чета антиномий «энтропия» и «негэнтропия», а также повторенная трижды триада: «информация», «управление» и «организация». И завершается этот пассаж совершенно экстравагантной фразой: «При этом социальная общность барражирует в синергийном режиме между двумя качественными полюсами – номинальностью и реальностью…» В чём её смысл, боюсь, и автор пояснить не сможет. Как «социальная общность» может «барражировать», то есть, согласно словарям, «патрулировать в воздухе, охраняя войска, объекты авиации от противника». Если это когнитивная метафора, то она должна скрыть идею – надо управлять процессом репрезентации своего региона. Или «барражирует» не «социальная общность», а руководство края?

 

Представляю результаты упрощения и обнажения мысли реферата:

Пункт 1. Социальная общность, в данном случае, население Краснодарского края, имеет внутреннее и внешнее выражение, первое называется идентичностью, второе – имиджем. Имидж позволяет выразить идентичность.

Пункт 2. В совместной эволюции этих начал сочетаются импульсы порядка и беспорядка, но во всём этом процессе есть силы организации и управления.

В пункте 3-м соискатель вводит понятие «идентоимиджа», которым, как можно понять из текста, гордится особо. И определяет оно, по её словам, «качественное состояние бытия и сознания социальной общности региона (страны)». В чём научная новизна понятия? Боюсь, её просто нет. Зачем идентичность сопровождается эпитетом «ментальная»? Или есть ещё и какая-то другая? Что такое «глубинный имидж»? Суть высказывания исчезает. Можно понять, что «для достижения глубинного имиджа» необходимы совместные информационные усилия «массы и элиты региона», то есть населения и власти края. Банально, как и все остальные положения.

Пункт 4 заключается в том, что информация и пропаганда может влиять на граждан данной территории, и поэтому этим процессом надо управлять. Не очень понятно, что значит «абсолютность … социальной информации», и подобные вопросы возникают на каждом шагу. В этом пункте главное: в чём же новизна определения «информационной политики»?

Пункт 5 утверждает, что чем меньше государственного присутствия в СМИ, тем лучше для общества, построенного на демократических принципах. С этим трудно не согласиться, но каково научное значение этого тезиса? Это известно со времён афинской демократии V века до нашей эры.

Пункт 6 опять-таки излагает тривиальную мысль, что в современном мире любой регион испытывает сильные внешние воздействия глобализации и внутренних перемен и в результате теряет свои особенности, но и сохраняет какие-то из них. Что тут нового? И в чём же заключается «алгоритм социокультурной инновации»? Красивые слова и бедные мысли.

Пункт 7 вводит понятия «симметричной» и «асимметричной» информации, которые на самом деле является синонимами обычных газетных ярлыков позитивной и негативной информации. Негативная, или «асимметричная», по определению соискателя, информация порождает конфликты, так как сообщает сенсационные сведения о политиках, кризисах в экономике, наводнениях, катастрофах и других катаклизмах. Стиль её, по мнению автора диссертации, не выдержан и не соответствует какому-то «закону ментальной идентичности». Хочется спросить: какой закон запрещает СМИ сообщать о падающих самолётах, тонущих кораблях, арестах губернаторов и вице-губернаторов, наводнениях в Крымске или в Хабаровске?

Пункт 8 говорит о вмешательстве политики в журналистику и предлагает простое сравнение: СМИ уподоблено обществу, о власть – государству. Стоит напомнить, что просветители считали: «общество в любом своём состоянии есть благо, правительство даже и самое лучшее есть лишь необходимое зло, а в худшем случае – зло нестерпимое» (Томас Пейн. «Здравый смысл»). Не совсем понятно, что такое «информационная власть» – собственники или руководители газет и телекомпаний, или же это синоним ещё одного известного штампа «четвёртой власти». Таким образом, у Золиной получается, что «фундамент политической власти составляет встречное движение общества и государства», и главную роль играет элита или «управляющее меньшинство», предоставляющее массе экономические, политические и культурные механизмы, граждане здесь – лишь управляемая масса. Идея этого пункта столь же проста: у СМИ и власти разные задачи, масс-медиа могут неадекватно отражать общественные потребности, и для того, чтобы определить соответствие или несоответствие, оказывается, необходимо новое понятие – «медиатрическое измерение политики». Что значит слово «медиатрический», не нашло объяснения в тексте автореферата. В словарях его нет. Если это попытка соединить латинское слово «mediator», то есть «посредник» и греческое слово «ιατρεία», то есть «лечение», то позвольте спросить: какой у него смысл?

Пункт 9 предлагает определение ключевого термина работы: «идентомидж»  это «средостение ментальной идентичности и глубинного имиджа» (стр. 15). Как видим, тавтология присутствует и здесь: термин объясняется по логике: «стол – это стол». Замечу, что слово «средостение» в общем-то значит «преграда» или «препятствие», и чаще используется в биологии и медицине. Это ещё одна не очень понятная, значит антикогнитивная метафора. Так что же значит «средостение» в данном месте – преграда или союз, препятствие или синтез? И как учитывать «максимум объектности» и «минимум субъектности», что бы не значили эти странные сочетания слов? В данном случае, тезис Г. Д. Золиной понятен: власть или элита должны управлять СМИ, или, говоря её собственными словами: «обеспечивать с помощью средств массовой коммуникации процесс достижения социально значимых целей в рамках действующих в государстве правовых норм и этических правил». Последнее требование не вызывает сомнений, но какова его научная новизна?

В пунктах 10 и 11 так же, как и раньше, изложены банальности. Понятно, что в публичной сфере каждый субъект может выступать как потребителем, так и производителем информации, удовлетворяя свои интересы. С этим не поспоришь, однако новизна и этого утверждения сомнительна. Трюизм так же обёрнут в оболочку научных терминов. Прочитайте, пожалуйста, предложение на странице 16, которое начинается со слов «Извечная коллизия номинализма и реализма в общественной практике…», и разъясните его смысл. Возникает соблазн задать еще один вопрос диссертанту: что такое «социокультуроцентризм»? Значит ли это слово умение сопрягать материальные и духовные интересы или, может быть, что-то иное?

Пункт 11 сводится к тому, что каждое действие власти (или «социальный проект») необходимо подкреплять действиями пресс-служб (или «комплексом информационного сопровождения»). Это, по мнению автора, вызывает энтузиазм не только у руководителей и исполнителей, но также и у населения, в результате: «региональное сообщество достигает уровней ментальной идентичности и глубинного имиджа» (стр. 16). Боюсь, что энтузиазм граждан – это иллюзия Г. Д. Золиной, одного из руководителей края, но доказательств, необходимых для научного исследования, не приведено нигде.

 

Можно отметить одно непонятное для читателя свойство данной работы, где утверждается необходимость управлять самосознанием народа и формировать его положительный образ вовне: в ней практически отсутствуют какие-либо социологические опросы и результаты исследования общественного мнения. На мой взгляд, совершенно невозможно говорить об идентичности, не изучая сознание «социальной общности», так же как нельзя понять её имидж, не анализируя многообразные его проявления, хотя бы в СМИ.

Многие знают, что в современной науке в последнее время интенсивно распространяется понятие «геобрендинга». Почему его нет в работе?

 

Напоследок, ещё одно замечание. В библиографическом списке диссертации Г. Д. Золиной всего 377 названий, из них большинство – документы и газетные статьи, более ста справочников и путеводителей, различных учебников, неуместных в подобного рода исследованиях, источников, никак не использованных в тексте, однако отсутствует целый ряд фундаментальных зарубежных работ: не только сборник Мартина Хайдеггера «Тождество и различие» (Heidegger M. Identität und Differenz, 1957), русский перевод которого издан в 1997 году, но и такие книги, как Анхольт С., Хильдрет Д. Бренд Америка: мать всех брендов. М., 2010; Гэд Т. Четырехмерный брендинг. М., 2003. Однако особенно огорчительно отсутствие многих работ наших учёных, имеющих прямое отношение к теме диссертации. Их очень много, все не перечислить: Андреева С. Н. (Маркетинг территорий: теория и практика // Маркетинг и маркетинговые исследования, 2010, № 3), Арженовского И. В., Бондаренко Е. В. (Манифестирование имиджа региона средствами массовой информации. Дис. к.соц.н., Ставрополь 2012), Гельмана В. и Поповой Е. (Региональные политические элиты и стратегии региональной идентичности в современной России // под ред. В. Гельмана и Т. Хопфа. — Санкт-Петербург, М.: Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге: Летний сад, 2003), Денисовой Г. С., Инковской Ю. Н., Маркиной Ю. М., Мокина К. С., Никифоровой Т. Ю., Попова А. В., Тарановой Ю. В., Федорова И. А., Чижова Д., Яковлева М. В. и других.

Совершенно удивляет, что в диссертации Г. Д. Золиной не упомянуты труды, созданные в Краснодаре почти одновременно с ней: Андрианова Надежда Александровна. (Имидж в стратегии инновационного развития региона: политико-технологический аспект: диссертация … кандидата политических наук : Краснодар, 2009; Андрианова Н.А. Имидж региона: структура, особенности, механизмы формирования/// PR в системе междисциплинарных исследований: От социологии к имиджелогии и обратно. Краснодар: Изд-во Кубан. гос. ун-та, 2004), Морозова Елена Васильевна (Региональная политическая культура: Монография. Краснодар: Изд-во КубГУ, 1998). Среди них оказались труды даже одного из оппонентов Г. Д. Золиной – Морозова Татьяна Анатольевна, например, её книга: Модернизация имиджа города средствами массовой коммуникации (Краснодар: Изд-во Краснодарский ЦНТИ, 2010). Справедливости ради, надо сказать, что диссертация Т. А. Морозова в списке есть. Это явно свидетельствует либо о незнании своих предшественников, либо о нежелании их упоминать.

 

Выводы таковы: представленная диссертация Г. Д. Золиной не имеет отношения ни к филологии, ни к науке о коммуникации и журналистике вообще, она совершенно не соответствует требованиям ВАК, предъявляемым к такого рода работам, и не заслуживает присвоения искомой степени. Вдобавок к этому, удивляет и позиция диссертационного совета, единодушно принявшего работу, которую Г. Д. Золина дважды и безуспешно пыталась защитить в иных местах. Хотелось бы обратиться и прямо в ВАК с просьбой проверить данный случай на предмет использования административного ресурса и коррупции.

 

29 марта года

 

Балдицын П. В.

Доктор филологических наук

Профессор кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики Московского университета имени М. В. Ломоносова

Отзыв И. Б. Левонтиной doc

ОТЗЫВ

на автореферат диссертации на соискание учёной степени
доктора филологических наук Золиной Г. Д.

 

УНИВЕРСУМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ ОБЩНОСТИ: ИДЕНТИЧНО- ИМИДЖЕВЫЙ ДИСКУРС

 

Первое, что бросается в глаза при знакомстве с данной работой, – это то обстоятельство, что она не имеет никакого отношения к филологии, хотя и представлена на соискание ученой степени доктора филологических наук. Не стоит забывать о том, что каждая наука имеет свой предмет, который она пытается постичь, и свой инструментарий. И предметом филологии является исследование языка и текстов. Разумеется, конкретные объекты исследования могут быть совершенно разными – от эргативной конструкции в различных языках мира до мотива окна в лирике Пастернака или распределения гласных букв в новгородских берестяных грамотах определенного периода; развивается инструментарий современной филологии – используются и сложные методики статистического анализа текстовых корпусов, и разного рада анкетирование, и многое другое; в современной филологии есть много разделов, пограничных с другими областями знания – психологией, культурологией, антропологией, историей и т. д. Филологи могут выходить за рамки языка, захватывая, скажем, сферу невербальной коммуникации. И тем не менее, не может быть филологического исследования, в котором вообще ничего не говорится ни о языке, ни о текстах.

Работа озаглавлена УНИВЕРСУМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ ОБЩНОСТИ: ИДЕНТИЧНО-ИМИДЖЕВЫЙ ДИСКУРС. Что означает универсум массовой информации? Идет ли речь о СМИ – или о более широком круге явлений (например, о названиях улиц, наружной рекламе и т. п. – а между прочим, в реальных современных работах по филологии как раз довольно активно исследуется, например, так называемый «городской текст»)? К сожалению, понятие универсума массовой информации в тексте работы не конкретизируется. Далее используется формулировка идентично-имиджевый дискурс. Понятие дискурса действительно имеет отношение к филологии: это одно из самых популярных понятий в современной науке – однако и одно из самых дискуссионных (кстати, в разных школах принято даже ударение в этом слове ставить по-разному). Автор при этом никак не поясняет, что она имеет в виду под дискурсом. Впрочем, это и не очень мешает – поскольку в дальнейшем это понятие никак не работает. Неуклюжее сложное прилагательное идентично-имиджевый[1], как можно понять из текста, подразумевает некое соотношение между какой-тоидентичностью и тем имиджем, который у кого-то есть. При этом непонятно – и из текста не становится понятнее – чья это идентичность (вроде бы региональная – но неужели она одинакова у разных социальных слоев?); в чем, собственно, состоит эта идентичность? Под идентичностью обычно понимается осознание себя частью какой-то группы и приписывание себе важных общих черт этой группы. Так о какой идентичности и каких чертах говорится? Мы так и не узнаём этого из текста. Не более понятно и с имиджем. Имидж бывает у кого-то среди кого-то. О чьем имидже идет речь? Россиян? Русских? Жителей края? И среди кого – среди иностранцев – тогда по каким источникам это исследуется? Среди самих себя? Тогда это скорее самосознание, поскольку имидж направлен вовне. Правомерно ли соотносить идентичность  и имидж? Их сопряженность никак не является самоочевидной. Таким образом, уже на уровне названия возникает недоумение.

Итак, непонятно, какое отношение работа имеет к филологии. В тексте речь идет в основном о воздействии властей и медиа на «социальную общность», причем в самом общем виде, на уровне обсуждения «информационной политики» . Несложный поиск показывает, что ранее тем же автором представлялась на соискание ученой степени доктора политических наук диссертация под названием СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБЩНОСТЬ РЕГИОНА В ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАТИВНОМ УНИВЕРСУМЕ: ИДЕНТИЧНО-ИМИДЖЕВЫЙ ДИСКУРС. Очевидно, что это название более адекватно отражает направленность исследования, и из него совершенно ясно, что филология здесь вообще ни при чем.

Впрочем, автор мыслит настолько глобальными абстрактными категориями, что кажется, что работа скорее имеет отношение даже не к политологии, а к философии: Автор считает, что инновационное понимание гуманитарной наукой феномена социальной общности заключается в его характеристике как открыто-системного продукта надбиологической формы движения материи, который является духовно-практическим результатом универсального для всего живого на планете информационно-организационно-управленческого процесса. В пределах данной общности этот процесс образует новую усовершенствованную структуру со стабильно-устойчивыми свойствами. Понятияоткрыто-системного продукта надбиологической формы движения материи, информационно-организационно-управленческого процесса и т. п. точно не принадлежат понятийному аппарату филологии, да, вероятно, и политологии.

Однако можно сказать и больше. Данная диссертация по самой своей конструкции вообще не является научной работой, а лишь имитирует таковую. В ней есть внешние признаки диссертации: разбивка на главы, стандартные формулировки (актуальность, новизна, апробация), много длинных иностранных слов. Однако в любой научной работе должны быть необходимые составляющие: должен быть четко очерчен материал исследования, причем достоверность его должна быть подтверждена; указаны методы исследования; сформулирована задача исследования; представлена история вопроса (что было известно по исследуемой теме ранее и какие точки зрения на предмет существуют в науке) – иначе не будет видно, в чем состоит приращение научного знания. Должны быть сформулированы конкретные, воспроизводимые и проверяемые результаты. Конечно, мы понимаем, что принципы верифицируемости и фальсифицируемости в гуманитарном знании присутствуют в ослабленном виде, но хотя бы в какой-то степени должны выдерживаться.

Всего этого нет в рассматриваемой работе (вместо истории вопроса – достаточно случайные списки имен, начиная с Аристотеля, а о методах и материале просто ничего не говорится). Поэтому она не является научной.

Рассмотрим для примера один абзац: Достоверность и научная обоснованность результатов исследования обеспечиваются: применением апробированных в гуманитарной науке исследовательских подходов, принципов, методов, а также верифицированных медиалогических, социокультурных, политологических парадигм; репрезентативностью эмпирической базы исследования, составленной с помощью логического отбора исходного статистического материала и последующей его методологической интерпретации; использованием метода корреляции авторских выводов с общепризнанными положениями в области теории и практики массмедийной деятельности в современных условиях. Здесь буквально к каждому слову хочется задать уточняющий вопрос: каких именно подходов, принципов, методов? Каких парадигм? Какой базы? Что такое логический отбор статистического материала? Этот логический отбор особенно таинствен: даже и предположить невозможно, что бы это могло значить. Да и о каком, собственно, статистическом материале идет речь – в автореферате ничего об этом нет, а если есть в самой диссертации, то в автореферате стоило хотя бы намекнуть, на какие статистические исследования автор тут ссылается. Что такое методологическая интерпретация материала? Чем она отличается от интерпретации не методологической? Подобные вопросы возникают к каждому абзацу работы.

Вообще текст оставляет впечатление жонглирования абстракциями. Приведем еще один фрагмент: С целью концептуализации дискурса о синергетическом реализме-номинализме в научный оборот вводится новое понятие – «идентоимидж», которое имеет полифоническое (медийное, социальное, политическое, культурное, психологическое, этническое и др.) содержание. Идентоимидж – это качественное состояние бытия и сознания социальной общности региона (страны), представляющее духовно-практический контрапункт (конструкт) в развитии процессов идентификации его граждан и имиджирования его местоположения, достигаемый научно обоснованным применением информационных, организационных, управленческих флуктуаций (воздействий) на повседневную жизнедеятельность общности с учётом объективных (ментальных, социокультурных) условий. Почему, например, к слову контрапункт в скобках дается вариантконструкт, а к слову флуктуация – вариант воздействие: ведь это же совершенно разные понятия?

Стиль изложения вообще местами выглядит просто пародийным:

а) применения впервые полученных теоретических знаний о метахарактеристиках социальной общности: ментальной идентичности и глубинном имидже, – а также об идеологических и технологических инновациях в универсуме массовой информации с целью оптимизации происходящего в России процесса модернизации и адекватного ответа на вызовы современности в условиях глобализации.

Не говоря уже о том, что вывод (а перед нами цитата из раздела “Выводы”), что социальная общность обладает ментальной идентичностью, в работе не доказан никакими экспериментами или аргументами, что сочетание глубинный имидж представляется в высшей степени загадочным, чтобы не сказать абсурдным, и, разумеется, тоже никак не обосновано в работе[2], – такой стиль неприемлем в научном тексте, а вся работа написана именно так.

Не секрет, что в последнее время ученые степени зачастую присуждаются за работы, которые не удовлетворяют даже требованиям, которые должны предъявляться к дипломным работам студентов. Однако перед нами все же не кандидатская диссертация, для которой нужно, чтобы автор хотя бы продемонстрировал элементарные навыки научной работы, а докторская. Присуждение докторской степени означает, что профессиональное сообщество считает, что автор внес существенный вклад в развитие науки, открыл новые горизонты исследований. Продвинул ли автор рассматриваемой работы филологическую науку вперед? Открыл ли новые горизонты исследований? Странно было бы даже говорить об этом. Присуждение докторской степени за эту работу было бы проявлением неуважения к труду настоящих ученых-филологов и покрыло бы несмываемым позором тот Ученый совет, в котором бы эта защита состоялась.

 

 

И. Б. Левонтина

кандидат филологических наук,

ведущий научный сотрудник Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН,

зам. начальника Отдела научных экспертиз МГУ им. М. В. Ломоносова

[1] По смыслу должно было бы быть скорее идентичностно-, хотя дела бы это не спасло.

[2] Этот глубинный имидж упоминается в работе много раз, а между тем имидж сам по себе описан автором через понятие внешнего.

Один ответ на “КУБАНСКАЯ ЧИНОВНИЦА ПОКОРИТ ВОРОНЕЖ”

  1. Эксперт 06.04.15 в 09:59

    Диссертационный совет ВГУ принял к защите докторскую диссертацию Золиной Галины Дмитриевны «Универсум массовой информации социальной общности: идентично-имиджевый дискурс», исходя из следующих соображений:
    1. Как известно, чиновникам высокого ранга нельзя защищать диссертации в тех регионах, в которых они работают. Вот почему коллеги из Кубанского госуниверситета в лице научного консультанта соискателя декана факультета журналистики, профессора, доктора филологических наук Кравченко Надежды Павловны обратились к нам. Тем более, что на факультете журналистики ВГУ уже защищались диссертации, связанные с проблемой территориального имиджа (Печищев И.В. «Бренд Территории: научный подход и применение в практике (на материале пермской периодики)», Прасолова О.В. «Формирование имиджа региона в средствах массовой информации (на примере Ханты-Мансийского автономного округа-Югры)» и др.).
    2. В ходе предварительной экспертизы представленного в диссовет научного труда была оценена актуальность темы и логичность структуры работы, состоящей из четырех глав: «Российский регион как социальная область в медиакоммуникативном «измерении», «Информационная политика в онтологии социальной общности», «Аксиологические концепты публичной деятельности региональных массмедиа и органов власти», «Синкретизм социальной и информационной политики как основа идентоимиджа регионального сообщества».
    3. Убедительным аргументом в пользу соискательницы выступали изданные ею в Кубанском государственном университете монографии «Имидж региона в системе социальной и информационной политики» и «Информационная политика в публичной сфере региона», а также 15 публикаций в рекомендованных ВАК научных журналах и изданиях: «Вестник Моск. гос. ун-та», «Государственная служба», «Социально-гуманитарные знания: научно-образовательный журнал», «Социология власти» (Москва), «Вестник Воронежского гос. ун-та» (Воронеж), «Культурная жизнь Юга России» (Краснодар), «Вестник Адыгейского гос. ун-та» и «Вестник Пятигорского гос. лингвист. ун-та» (Пятигорск), «Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Спецвыпуск» (Ростов н/Д), «Социум и власть» (Челябинск).
    4. В ходе знакомства с работой стало известно, что у ее автора был неудачный опыт защиты в диссовете одного и московских вузов, хотя диссертация тогда прошла все рабочие этапы с положительным результатом: проблемную группу, кафедральное обсуждение, предзащиту на диссовете, антиплагиат (93 %). Диссертанта поддержали: факультет журналистики Московского госуниверситета (ведущая организация), факультеты журналистики Санкт-Петербургского, Казанского, Мордовского, Северо-Осетинского и Абхазского госуниверситетов. Одним из оппонентом выступал и безоговорочно поддержал соискателя известный российский государственный деятель, журналист, публицист, редактор, доктор исторических наук, профессор Ненашев Михаил Фёдорович, возглавляющий ныне кафедру периодической печати Московского государственного университета печати.