ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЕКАТЕРИНЫ II. ФАКТЫ ИЗ ИСТОРИИ

3039044Екатерина II Алексеевна — императрица Всероссийская в 1762 — 96 годах, рожденная София-Фредерика-Амалия, принцесса Ангальт-Цербстская. Родилась 21 апреля 1729 г. Она была дочерью младшего брата маленького немецкого «фюрста»; мать ее происходила из дома Гольштейн-Готторп и приходилась двоюродной теткой будущему Петру III Екатерина выросла в небогатой семье и получила посредственное воспитание. Кроме позднее создавшихся слухов, нет определенных фактов, указывающих на ее преждевременное развитие и раннее проявление дарований. В 1743 г. мать Екатерины и она сама получили приглашение от императрицы Елизаветы Петровны приехать в Петербург. Елизавета, по разным мотивам, выбрала в невесты своему наследнику Петру Феодоровичу именно Екатерину.

Петр III  и его супруга Екатерина II

Странная глава в трехсотлетней истории дома Романовых — правление императора Петра III, которое продолжалось всего шесть месяцев. Каким был этот император, не пожелавший короноваться, убитый в Ропше и погребенный не в Петропавловской крепости, как положено по традиции, а наспех, в Александро-Невской лавре? Его часто представляют как неполноценным, полоумным или просто неуравновешенным, вспыльчивым и слабовольным человеком. Однако, существует и другая версия — не поняла Россия, что послала ей судьба доброго царя, стремившегося облегчить жизнь своим подданным.

Прежде всего, можно определенно сказать, что образ дебила, неполноценного человека, пропащего пьяницы, ненавидящее все русское и русских — это искусная выдумка его жены Екатерины II, великой мастерицы политеса, воздействия на людей и уменья из всего извлечь личную выгоду. День изо дня, год за годом умелыми мазками набрасывала она портрет никчемного человека: и пить-то, дескать, Петр начал с десяти лет, и играть умел только в солдатики, и изменял ей, Екатерине, на каждом шагу, и, разумеется, не способен был заниматься государственными делами и управлять империей. Она карикатурила ненавистного ей человека, превращая его в дурачка, над которым разве что посмеяться можно. При этом она никогда не врала на пустом месте, а использовала то, в чем Петр Федорович действительно был грешен, но доводила эти недостатки до абсурда, до скоморошества, до клейма. Ей вторила и её поклонница Дашкова.

Без всякого преувеличения следует утверждать, что дарование свободы дворянскому сословию открыло новую страницу в истории России.

Иными словами, до освобождения Петром III дворян от обязательной государственной службы, исключительное право на поземельную собственность вне городов и крепостное право не являлись привилегией: право уравновешивалось обязанностью, ибо оно соответствовало служилому тяглу. Теперь же начался процесс обретения свободы, а российское общество сделало первый шаг на долгом и мучительном пути к освобождению от крепостных пут…

«Не могу изобразить, какое неописанное удовольствие произвела сия бумажка в сердцах всех дворян нашего любезного отечества. Все вспрыгались почти от радости и, благодаря государя, благословляли ту минуту, в которую угодно было ему подписать указ сей» (Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков).

В Петербурге Правительствующий сенат в полном составе отправился во дворец и по случаю подписания манифеста просил, по предложению генерал-прокурора Глебова, государева соизволения на сооружение благодарным дворянством золотой статуи императора.

Петр III благодарил сенаторов, но на предложение генерал-прокурора отозвался так: «Сенат может дать золоту лучшее назначение, а я своим царствованием надеюсь воздвигнуть более долговечный памятник в сердцах моих подданных».

Зимой состоялся и другой важнейший акт царствования Петра III. Решение об упразднении Тайной канцелярии было принято, вполне возможно, не без влияния примера Фридриха II, который тотчас же по своем восшествии на престол в 1740 году, как известно, отменил пытку. Но главную причину следует искать в том, что новый император был прекрасно осведомлен о нравах, царивших в этом учреждении, и о способах извлечения показаний у заключенных в нем «сидельцев».

При Петре III был сделан решительный шаг в деле освобождения от вотчинной власти духовенства и не просто освобождения, а с указанными льготами и поземельным наделом, одной из весьма многочисленных категорий российского крестьянства.

Кроме того, Коллегия экономии становилась тем органом, в ведение которого переходили все сборы и доходы с церковных имений, а остатки от этих доходов повелено было обращать на содержание отставных военных и инвалидов.

Размах реформаторской деятельности Петра III был огромен, сопоставим с великими реформами Александра II. Тут были и указы о развитии российской коммерции и торговле, и об уничтожении внутренних таможен, об упразднении монополий на вывоз товаров за границу со знаменательным и знаменитым воззванием к российским гражданам.

Неизвестно какие реформы ждали бы ещё Россию, если бы императору суждено было укрепиться на российском престоле, однако 28 июня суждено было свершиться перевороту.

Позднее Екатерина II уверяла, что перед ней в то время стояла дилемма: «Или погибнуть вместе с полоумным, или спастись с толпою, жаждавшей от него избавиться». Это была ложь, но ложь убедительно звучавшая и принесшая обильные всходы. Ей поверил даже такой авторитетны историк XIX века, как С. М. Соловьев. Он характеризовал заговор Екатерины как следствие всенародного недовольства. На самом деле было наоборот: события 28 июня явились следствием не спонтанного акта народной самозащиты, а длительного готовившегося замысла.

Некоторые подробности об убийстве можно найти  в сочинении секретаря саксонского посольства Георга фон Гельбиха. Согласно Гельбиху, во время совместной с узником трапезы, когда тот уже принял предложенное ему питье, Алексей Орлов набросился на императора, но тот стал умолять и сопротивляться, отчего Орлов якобы разжалобился и выбежал на террасу. В это время остальные его сообщники набросились на уже отравленного узника и стали душить его подушками. Завязалась борьба, в ходе которой князь Барятинский сделал из лежавшей на столе салфетки петлю и набросил ее на шею императора. Отчаянные попытки несчастного вырваться, были сломлены после того, как убийцы схватили жертву за руки и за ноги, преодолевая его судорожное сопротивление. Это дало возможность сержанту гвардии Энгельгардту затянуть петлю на шее Петра Федоровича.

Весьма осведомленный французский историк Ж. Кастера, которому довелось использовать в своей биографии Екатерины II многие никому не известные материалы, в том числе записки камергера Салтыкова, написанные под его диктовку, депеши иностранных дипломатов и проч., представлял дело так, что привезенный в Мопсу, в небольшой загородный дом гетмана Разумовского, а вовсе не в Ропшу, Петр Федорович находился там в течение недели, после чего к нему приехали А. Орлов и Теплов. Явившись к императору, они сообщили ему, что приехали известить его о скором освобождении и пригласили отобедать. За обедом Орлов, воспользовавшись рассеянностью узника, влил ему в стакан с водкой отраву, приготовленную врачом. Почувствовав жестокие боли, император стал отказываться от предложенного ему второго стакана, обвинил Орлова в преступлении и вскричал при виде вбежавшего камердинера — француза: «Мало того, что мне помешали вступить на шведский трон и похитили у меня российскую корону! У меня еще хотят отнять самую жизнь!»

Камердинера, а им был Брессан, пытавшегося вступиться за государя, вытолкали за дверь, и в это время в комнате появился Барятинский, что ускорило дело: Орлов сдавил императору грудь коленями и душил его, в то время как Барятинский и Теплов сделали из салфетки петлю и набросили на горло жертвы.

Но и тогда, когда сопротивление, наконец, было сломлено, умирающий отчаянным усилием оцарапал Барятинскому лицо, и эта печать убийцы еще долго украшала лицо Федора Сергеевича.

Вечером Екатерина получила пакт от нарочного из Ропши, в котором было письмо, писанное Алексеем Орловым.

Н. М. Карамзин: «Обманутая Европа все это время судила об этом государе со слов его смертельных врагов или их подлых сторонников. Строгий суд истории, без сомнения, его упрекнет во многих ошибках, но та, которая его погубила, звалась -слабость…».

Екатерина II и казачество.

Восстание под предводительством казака Емельяна Пугачева, выросло на почве ужасающих социально-бытовых условий юго-восточной окраины; это было острое проявление социально-политического протеста казаков, крестьян и инородцев против петербургской абсолютной монархии и крепостного строя. Начавшись на Яике (Урале), среди тамошних казаков, движение нашло благоприятную почву в слухах и толках, порожденных вольностью дворянства, низложением Петра III и комиссией 1767 г. Казак Емельян Пугачев принял имя Петра III. Движение получило грозный характер; начатое подавление его было прервано смертью Бибикова, но затем энергичные меры Панина, Михельсона, Суворова положили конец движению, и 10 января 1775 г. Пугачев был казнен.

В этот же период регулярными войсками уничтожается Запорожская Сечь, запорожские казаки проклиная Екатерину II, называя ее «вражьей бабой» вынуждены были переселяться на Балканы, в Молдавию и Турцию, часть запорожцев была рассеяна по Дикой степи, запорожские атаманы на долгие годы были заключены в казематы. В результате разгрома казачества на юге России были открыты границы для агрессии со стороны Турции и ее союзников, и лишь тогда осознав всю глупость случившегося Екатерина II вынуждена была призвать запорожских казаков и направить их на земли нынешнего Краснодарского края.

Список использованной литературы.

С. Н. Искюль. «Роковые годы России: год 1762», С-Пб, «Лик», 2001.

«Русская старина. Путеводитель по XVIII веку», сост. А. В. Кургатников, Москва, С-Пб, «Культура», «Лик», 1996.

«Русские мемуары: путь к трону», Москва «Слово», 1997 .

М. К. Любавский. «История царствования Екатерины II», С-Пб, «Лань», 2001.

А. С. Мыльников. «Искушение чудом: «Русский принц» и самозванцы», Ленинград, «Наука», 1991.

О. Соловьев. «Кинжал под кринолином», Москва, «Наука и Религия», №1, 1995.

Л. Русева. «Тайна Ропшинской трагедии», Москва, «Смена», №6, июнь 2002.