Жена правозащитника Череватова об ужасающих условиях его содержания в колонии

Редакция сайта zakrasnodar.org получила письмо от жены Павла Череватова, Валентины Николаевны. В нём она сообщает об ужасающих фактах издевательств над тяжелобольным пожилым человеком.

Мой муж, Череватов Павел Михайлович, отбывающий наказание в ЛИУ-8 направил заявление в адрес руководителя СУ СК по Краснодарскому краю В. Ткачева о превышении должностных полномочий и сокрытии преступлений начальником ЛИУ -8 полковником внутренней службы «К.». В заявлении муж указывает, что нарушается порядок приема жалоб и заявлений осужденного, судебные документы вручаются без указания на них даты поступления и регистрационных номеров и даты вручения осужденному, после их получения лишены права на их обжалование в предусмотренные законом сроки. Ответы по результатам рассмотрения жалоб и заявлений на действия работников ЛИУ-8 не объявляются осужденному в положенный срок и не выдаются ему на руки. Обжаловать незаконные действия работников ЛИУ-8 и реализовать гарантированные законом права невозможно. После поступления на счет мужа трудовой пенсии и пенсии по инвалидности у мужа появились вопросы к бухгалтерии учреждения о расходовании средств с его лицевого счета, на что он не получил исчерпывающего ответа. В приемные часы 29.09.2010г. муж пытался попасть на прием к начальнику учреждения «К.», для решения выше указанных вопросов. Полковник внутренней службы «К.» в грубой нецензурной форме отказал ему в приеме и с применением силы без предупреждения вышвырнул мужа на улицу, после чего муж сказал, что его действия будет обжаловать. Зная том, что в ЛИУ-8 невозможно реализовать права осужденного, гарантированные конституционным и процессуальным законом, жалобы и заявления не выйдут из «зоны», муж вынужден был прибегнуть к крайней мере — с ужина 29.10.2010 отказаться от приема пищи, о чем письменно уведомил администрацию учреждения, о прекращении голодовки после встречи с прокурором краевой прокуратуры «К.». О голодовке извещен врач, который провел осмотр мужа, сделал замер давления.

В ночь с 29 на 30 октября 2010 года спящего мужа разбудили и пригласили пройти в комнату отдыха для разговора. Понимая, что спать ему не дадут, муж пошёл в комнату отдыха, включил свет, увидел у окна человека в спортивном костюме, когда тот повернулся, его лицо закрыто медицинской маской. Неизвестный приблизился к мужу со словами: «Кому ты вздумал жаловаться на «хозяина»?» и нанес мужу два удара в голову. Муж упал на пол. Нападавший продолжал наносить удары ногами по туловищу мужа, пытавшегося выползти в коридор и стараясь оторвать мужа от дверного косяка, чтобы закрыть дверь, но рубашка не выдержала, вырванный клок остался в его руке, а муж освободившись выполз в коридор. Нападавший и там продолжал избиение его ногами, от боли муж кричал и закрывал лицо руками и не мог подняться с пола. Прекратив избиение, нападавший ушел на лестничную клетку. Череватов через некоторое время встал, добрался до телефона дневального, позвонил в дежурную часть, чтобы сообщить контролерам об избиении, но в ответ мужу посоветовали успокоиться и лечь спать. Он вновь сделал звонок в дежурную часть и просил проводить его к врачу. Контролеры пришли через некоторое время и с большой неохотой все же проводили мужа к врачу.
Врач осмотрел пострадавшего лишь визуально. Несмотря на свежие ссадины на руке, распухшую верхнюю губу, жалобы на боли в грудной клетке, он сказал, что гематом не видит, Результаты осмотра Череватова врач результаты осмотра никуда не записал и на этом освидетельствование закончилось.

Вернувшись в жилую секцию, муж от боли не мог забраться на второй ярус до кровати и поэтому просидел до утра на стуле. При малейшем движении ощущались боли в грудной клетке, сломаны два зуба на нижней челюсти, сильная головная боль, распухла верхняя губа. С этими жалобами муж обратился в медсанчасть, начальник которой майор в.с.  «К.» забрал к себе в кабинет амбулаторную книжку мужа и дал указание врачам отказывать мужу в приеме.

Об избиении муж сообщил администрации учреждения, но должной реакции не последовало.

В целях сокрытия преступления за неделю фабрикуются нарушения мужем правил внутреннего распорядка, из него «делают» злостного нарушителя, не выполняющего распоряжения администрации. Следует один выговор за другим. При этом нарушается порядок наложения дисциплинарных взысканий, с мужа не берут объяснений, не выводят на заседания дисциплинарных комиссий, не дают расписаться в вынесенных постановлениях. Затем водворяют в штрафной изолятор на 15 суток, фабрикуется еще одно неповиновение администрации и выносится еще одно постановление о водворении в ШИЗО на следующие 15 суток, после этого опять дисциплинарная комиссия и перевод на строгие условия содержания (СУС) на полгода.

Муж находится в полной изоляции, в условиях не соответствующих требованиям законодательства, фактически являющихся пытками: холодом ( низкая температура в камере) и жаждой (отсутствие питьевой кипяченной воды). Череватову не открывают спальное место, поэтому ему приходится спать на холодном полу. У мужа изъяты материалы уголовного дела, юридическая литература, канцелярские принадлежности. По отношению к Череватову охрана допускает унижающее человеческое достоинство обращение, издевательства и оказывает психологическое давление с целью спровоцировать его на нарушения и подготовить почву для законности действий по применению физической силы.

Уголовное наказание не может служить целью унижения человеческого достоинства, или приводить к физическим, или психическим недугам лица, подвергнутого наказанию.
Вместо этого осуществляется глумление над инвалидом второй группы по туберкулезу, пожилым и больным человеком, не представляющим опасности для общества.
Фактически тюремный срок для моего мужа превращается либо в «отсроченную смертную казнь», либо мужу умышленно создаются невыносимые условия, что является доведением его до «добровольного ухода из жизни».

05.12.2010г.

Метки материала:

Комментарии закрыты